А.Мелик-Пашаев, Психологический институт РАО

Вокруг музыкального образования

Журнальная почта продиктовала нам главную тему этого номера: музыкаль­ное образование/воспитание, его цели и воз­можности, его виды, наличное состояние, перспективы. Как мог убедиться читатель, пришедшие к нам материалы очень разно­образны не только по содержанию, но и по стилю и способу изложения: от публицистики «на злобу дня» до анализа долговременных тенденций; до обсуждения вопросов. казалось бы, сугубо профессиональных, но в то же время общезначимых; казалось бы, сугубо музыкальных, но в то же время общепедаго­гических.

Открывающее тему Открытое письмо Н.Бутенко содержит, к сожалению, бес­спорные истины и по сути в комментариях не нуждается. Как, впрочем, и все высказы­вания других авторов, относящиеся к рас­суждениям «большой начальницы», которые спровоцировали обсуждение.

Да, сплошь и рядом люди, работа которых – служить педагогам, создавать наилучшие условия для их труда, вместо этого нависают над педагогами, властвуют, припугивают, вставляют палки в колёса, поучают, хотя разбираются в предмете несравненно хуже поучаемых. Так уж у нас повелось. Понятно, что публикация в журнале не изменит ситуа­цию, но… вода ведь, и вправду, камень точит. Хотя так медленно для человеческой жизни!

Добавлю два слова по поводу забавного сюжета, затронутого в Открытом письме,– о пристрастии советского руководства к искусству Большого театра.

В детстве и юности я по семейным обстоя­тельствам в течение по меньшей мере десяти лет очень часто бывал в Большом театре. И за всё это время только один раз видел там советского руководителя, а именно товари­ща Хрущёва. Может быть, мне просто не везло. Но что никто из них там не бывал ни каждый вечер, ни каждый месяц, это точно. Подозреваю, что далеко не каждый год, если не считать церемониальных появлений в Царской ложе с каким-нибудь политически нужным гостем.

Текст М.Лидского содержит ряд положе­ний, выходящих за рамки проблем специ­альной подготовки музыканта. Это, в част­ности, тезис о просветительской, а не только «предпрофессиональной» роли музыкальных школ (добавлю: и художественных, и школ искусств). Это принципиальное для всякой педагогики искусства положение о том, что разрыв творческой и технической сторон обучения (на практике превращающий вторую из них в самоцель и подменяющий таким образом цель средствами) ошибочен и вреден по своим последствиям.

Особо отмечу отрицательную оценку кон­курса как главного, чуть ли не единственного критерия успешности образования, квалифи­кации учителя и одарённости ученика.

автор обращает наше внимание на то, что задачи, которые ставят перед собой Конкур­сант и Ученик, различны и даже противопо­ложны. В самом деле Конкурсант старается продемонстрировать то, чего он уже достиг, понравиться, эффектно показать и порою, увы, выгодно продать себя. К тому же до­стижение этих целей связано с отнюдь не творческой задачей восторжествовать над кем-то другим.

Иное дело – Ученик. Его цель – не демон­стрировать уже достигнутое, а перерастать себя. А значит, осваивать то, что пока ему неподвластно, идя навстречу возможным не­удачам. Не бороться с собратьями, а учиться всему лучшему у кого только можно.

Тут не просто различие задач, которые мо­гут быть сегодня одни, а завтра другие. Тут – различие самой мотивации к творчеству, глубоко проникающей в душу ребёнка и в своём «конкурсном» варианте весьма вредной для него и с точки зрения перспективы творче­ского развития, и в чисто личностном плане.

Замечу также, что фестивально-лауреат­ская эпидемия поразила не только специаль­ное, но и общее образование. Это, в частности, плодит безграмотные и вредные попытки отбирать особо одарённых детей и по умолча­нию оправдывает пренебрежение творческим развитием всех  остальных.

М.Батова с энтузиазмом и со знанием дела говорит о другом: о необходимости «легали­зовать» дифференциацию в музыкальном образовании. О том, что будущий специалист академического направления, или «про­свещённый дилетант» любого возраста, или подросток, для которого жизненно важно пробовать и искать себя и свою «нишу» в культуре – все они с разными запросами при­ступают к музыкальному образованию, и все должны получить возможность реализовать себя. И подросток, пытающийся создать рок-группу, и взрослый человек, желающий осва­ивать средневековую музыку или барочный вокал, должны получать такую возможность и, что особенно важно, квалифицированное руководство.

Разные формы образования, разные музы­кальные направления, новые технологии в исполнении и сочинении музыки – всё это не «вместо» традиционного образования, а ря­дом с ним, и притом на его основе. Потому что «никакая новизна не получает перспективы, когда обесценивается традиция, а классическое образование называется отжившим и замшелым».

Статья В.Ломанович посвящена, каза­лось бы, совсем иной проблематике, но тоже имеет прямое отношение к образовательной практике.

Кем-то было прекрасно сказано, что быва­ют два рода знания: можно знать «о чём-то», а можно знать «что-то». Первое знание не лишено ценности, оно может быть обширно, но оно всегда поверхностно. Второе – это глубинное знание чего-то, знание «изнутри».

Традиционное образование зачастую даёт знание именно «о музыке», о том, как она «устроена», но не даёт проникновения в её сущность, постижения того, ради чего она создаётся, того, почему она нам нужна. Того, например, что применительно к поэзии на­зывают «лирическим сюжетом», развитием чувства «лирического героя». А ведь анализ самой музыкальной фактуры произведения озаряется смыслом именно тогда, когда мы постигаем, каким способом в ней выражено главное – «жизнь и судьба» человека, сопри­родная нашей собственной.

С этим связана излюбленная мысль В.Ломанович, которую она развивала и в прежних статьях ,,о том, что педагог должен уметь говорить о музыке так, чтобы помочь ученику постигать музыку, проникать в её содержательную, духовную глубину.

Мы сочли уместным завершить этот до­вольно драматический разговор о музыкаль­ном образовани и публикацией эссе Е.Бабак «По прочтении Бернстайна». Ведь речь в нём идёт о человеке, который самим собой, самой своей жизнью показал, что высочай­ший профессионализм прекрасно сочетается с щедрым, демократическим стремлением дать «музыку всем», с любовью к молодёжи, с желанием и умением научить тех, кто хочет учиться, тому, чем владеешь сам.

Что же касается конфликта музыкантов и начальства, обсуждавшегося в первых двух публикациях, то он бурно развивается, и желающие могут узнать подробности на сайте https://www.classicalmusicnews.ru/